"Еврейская Лолита" в Театре Наций

Как и произведения Набокова, прозу Исаака Башевиса-Зингера непросто превратить в театральную постановку. По той причине, что из его текста, - сложного, красивого, более живого, чем сама жизнь, - не хочется выкидывать ни одного слова. В Театре Наций на это решились.

Первой премьерой Театра Наций в новом сезоне стал спектакль по роману нобелевского лауреата Исаака Башевиса-Зингера. Еще при жизни ставший классиком, Бешевис-Зингер в 1978 году написал роман "Шоша", который называли "Еврейской Лолитой". История любви молодого писателя Аарона Грейдингера, по прозвищу Цуцик, к необычной девушке Шошеле разворачивается на фоне драматичных событий в Варшаве конца 30-х годов. "Если бы Бог хотел, чтобы были евреи, он не создавал бы Гитлеров" - сказал об этом Зингер. Книга пронизана философскими и политическими умозаключениями из которых режиссеру явно приходилось выбирать в силу специфики жанра. В постановке прочитываются многочисленные метафоры, символы и намеки; самыми простыми средствами блестяще передана атмосфера жизни еврейского квартала, варшавской богемы предвоенных лет.

Эпический роман в постановке режиссера Туфана Иммамутдинова превратился в захватывающий, яркий и очень правдивый спектакль, где горе и радость являются частью обыденности, а плач приходит на смену песням и танцам. Соавторами режиссера стали исполнители главных ролей - Роман Шаляпин, Роза Хайруллина, театральный вундеркинд Полина Стружкова и группа Klezmasters, музыка которой является полноправным персонажем или пятой стихией в спектакле. Гораздо больше внимания, чем в книге Зингера, в постановке Хайруллина отведено персонажу Бэтти Слоним в исполнении эффектной Ольги Смирновой.

"Шоша" Театра Наций гораздо в большей степени про личное, чем про глобальное, экзистенциальное и политическое. И наверное это единственно возможный путь для того, чтобы достигнуть цель, поставленную режиссером Хайруллиным - чтобы за один час и пятьдесят минут зритель в зале испытал отчаяние, политическое разочарование, кризис веры, бесконечный страх и надежду - нужно чтобы происходящее на сцене превратилось в личную драму. Как очевидец свидетельствую - замысел режиссера удался.

Евгения Лопунова